ПАРАГВАЙСКАЯ НАДЕЖДА

Гимн к 200-летию независимости Парагвая

Парагвай сегодня. Статьи и новости.

Ну, что тебе сказать про Парагвай?

Авторский рассказ Виталия Оплачко о его экспедиции по Парагваю в июле-августе 2013 года (ред.)

Нет, в Парагвае погода не нормальная. Все интернетовские источники утверждали,что июль-август самые сухие и наименее жаркие месяцы южноамериканской зимы. Температура 15-20, очень комфортно после Одессы, застывшей в июльской жаре. Перед отъездом посмотрели прогноз погоды. Но кто ж у нас верит нашим метео сводкам? А зря. Асунсьон встретил нас пронизывающим ветром и невероятной холодиной-плюс 3. И это Южная Америка, и это тропики?! Благо машина из отеля встречала нас в аеропорту. Толпа встречающих явно превосходила прилетевших пассажиров. В Парагвай летают мало и редко. Слава Богу,страна мало раскрученная для вездесущих туристов и немногие авиакомпании проложили туда маршруты.

Отель «Westfallenhause” мало напоминал свою старую родину: и по искренней дружелюбности ночного портье, и по некоторой безалаберности при оформлении. Но тела,измученные почти суточным перелетом через Киев, Амстердам и Сан-Пауло, требовали одного - в койку. Теплые шерстяные одеяла, горячая вода в душе так и не могли спасти нас от стылой комнаты тропического отеля. Над головами работал кондиционер, совершенно такой же, как советский «Бакы». Он издавал страшные звуки, тщетно стараясь достичь желаемой температуры в 22 градуса! Пришлось одеваться и в таком виде залазить под одеяла. На следующее утро нас перевели в другой номер, с более современным достижением страны восходящего солнца.
Утром нам объяснили, что все верно, парагвайская зима (июнь-август) предоставляет жителям славные денечки отдыха от невыносимой жары +46 в тени совершенно рядовая температура для января. Но… Когда свирепый ветер из Антарктиды,пронесясь над Патагонией, достигает Асунсьона, наступают холода. Хорошо, что он дует не столь настойчиво и долго, как Сибирский антициклон. Не расслабляйтесь. Через несколько дней себя покажет Амазония - горячий воздух из сельвы нагреет страну, в особенности ее северную часть Чако Бореаль, опять до +30.
Завтрак нельзя назвать особенно обильным, но ведь мы готовимся к экстремальным условиям жизни на реке Парагвай и Рио-Негро. Поэтому долой капризы - ешь, что дают и пей то, что называется кофе. Это совершенно необъяснимо, вот же, почти за углом, кофейные плантации Бразилии и Колумбии, но выпить за почти четыре недели пребывания в Парагвае чашку достойного кофе не пришлось. Не любят парагвайцы кофе!
А любят мате (ударение на «а»), напиток, приготовленный из настоя листьев кустарника йерба мате (падуба парагвайского), распространенного почти во всех странах Южной Америке. Но, если в Перу и Боливии вне конкуренции листья коки, то парагвайцы начинают и заканчивают жизнь с «гвампой» (guampa) - чашкой для приготовления мате и трубочкой «бомбилья» (bombilla), через которую они сосут горячий мате или холодный терере во время зимне-летней жары. Еще одна непременная деталь парагвайской экипировки термос с кипятком,который все время подливается в чашку с мате.Для терере сгодится и вода из уличных фонтанчиков,для особо привередливых - с кубиками льда.

Это, некоторым образом,символ нашей экспедиции: термос с надписью "Siete cabrillos" ("Семь рыбешек") - название нашей лодки, гуампа с бомбильей и цветок водяного гиацинта (camalote).

Заросли гиацинтов сильно осложняли наше плаванье по Рио-Негро. 

 

Я пил мате помногу и с удовольствием, а вот терере на сырой воде побоялся. Наверное зря - после одесской воды из крана с полным набором редкоземельных элементов нам никакая зараза не страшна! Кстати о заразе. Я во второй раз в Южной Америке и каждый раз угроза желудочно-кишечных инфекций и комаров, разносчиков малярии, желтой лихорадки или лихорадки Денге (выбирайте по вкусу) портит мне сладостные дни подготовки к путешествию.
Не могу давать рекомендаций, но как говорят просветленные, имхо - угрозы сильно преувеличены. И вместо килограммов репеллентов и таблеток нужно следовать советам местных жителей. Ну, например, такой. Путешествуя по разным южным странам, вы наверное с удовольствием ели плоды папайи,тщательно очищенные изнутри и снаружи. В Парагвае этот плод называется мамон и подается вместе с семенами - зернышками темнофиолетового цвета. Вкус у них, правда, отвратительный, но любой микроб, включая такую живность, как амеба, гибнет немедленно, попав в ваш желудок.
Комаров мы видели, но не чаще, чем крокодилов. Зато нас поджидали опасности другого рода - трое моих спутников получили белковое отравление - объелись мясом. Потому что парагвайской еды без мяса просто не существует, всякая там маниока (здесь это слово произносят как мандиока), салаты и пр. это скорее украшение стола, а не еда.

«Архитектурный облик Асунсьона убийственно провинциален» - так писал один из путешественников прошлого века. Не хочу обижать асунсьонцев, но по сравнению с другими городами Южной Америки, в особенности Лимой и Ла-Пасом, меня поразило  малое количество  архитектурных памятников. Перед поездкой я читал на испаноязычных сайтах, что в 2009 Асунсьон был назван культурной столицей Америки, а в  2012 объявлен мировой столицей дружбы и мира. Значит я что-то не досмотрел. Не мудрено - что увидишь за три дня?

Ресторан «Пирожка» - немецкое изобретение: именно так, по мнению немецких владельцев, звучит по-русски «пирожок». 

Говорят, в Германии Piroschka очень распространенное название венгерских ресторанов. Это слово получило популярность по романтической новелле Hugo Hartung "Ich denke oft an Piroschka" (Я часто думаю о Piroschka), в 1955 г. вышел фильм с тем же названием. Так что каждая сентиментальная и не очень отягощенная знаниями фрау знала "Piroschka"!

Я привык узнавать города ногами, вот и в первое мое утро отправился по улочкам, прилегающим к гостинице. И сразу же наткнулся на русский след: неказистая calle, мощенная камнем почему-то поставленным на ребро, именовалась улицей инженера Н.Кривошеина. Николай Григорьевич Кривошеин, профессор и один из создателей физико-математического факультета в Университете Асунсьона, сын знаменитого русского мостостроителя генерал-майора Григория Григорьевича Кривошеина. Кстати - автора проекта первого моста через Русановскую протоку в Киеве. Не знаю, чтут ли память отца в России и Украине, но парагвайцы народ благодарный. В чем убедилась русская община этой страны.


История русской эмиграции в Парагвай хорошо описана во многих публикациях и я не стану повторять известные факты. Только коротко:
во второй половине 20-х годов прошлого века, когда Страну Советов стали дипломатически признавать правительства европейских государств, русские эмигранты почуствовали себя не очень желанными гостями, т.е. не то, чтобы особые притеснения - их и раньше хватало, но стало труднее открывать русские школы, под угрозой оказались общественные организации. И тогда взгляды обратились на Запад, через океан.
Одним из первых в Парагвай приехал генерал Добровольческой Армии ИванТимофеевич Беляев. Нереализованной идеей генерала была попытка создать в новой стране очаг русской духовности, сохранить традиции, создать не просто поселение эмигрантов, но сообщество, «где все святое, что создавала Русь могло бы, как в Ковчеге, сохраниться до лучших времен» (И.Т.Беляев "Записки русского изгнанника", С.Петербург, 2010г.).
На призыв Беляева, поддержанный правительством Парагвая с обещанием всевозможных льгот, откликнулись сотни бывших русских офицеров, ученых, врачей и простых казаков.
Страна остро нуждалась в специалистах самого разного профиля.
Вряд ли возможно найти такую область науки и общественной деятельности Парагвая, в которых не звучали бы русские имена. Но особую роль русские сыграли в войне 1932-1935 гг. против Боливии , так называемой Чакской войне. Не славная эта война велась за кусок бесплодной территории на севере Парагвая, где якобы была обнаружена нефть. Английские и американские компании с удовольствием помогали оружием и снаряжением обеим сторонам конфликта, рассчитывая контролировать месторождения.
В парагвайской армии в боевых действиях участвовали 2 российских генерала Беляев И.Т. и Эрн Н.Ф., 8 полковников и подполковников, около 70 офицеров и десятки простых казаков. Многие из них погибли в чужой войне. В боливийской армии служили немецкие офицеры, противники русских на фронтах Первой Мировой, во главе с генералом Гансом Кундтом. И здесь русским, защищая страну, давшую им приют, удалось то, что они не смогли сделать на Родине. Парагвай не потерял Чако, был заключен мир, нефти не нашли, в обеих странах соорудили множество пафосных мемориалов, а именами русских названы не только улицы Асунсьона, но и в других городках и поселках можно неожиданно наткнуться на русскую фамилию: команданте Саласкин, команданте Канонников, офисьеро Серебряков, капитан Блинофф…
В 1933 году генерал Деникин в Париже произнес речь о бессмысленности русских жертв в Чакской войне. Ответом на эту речь стало письмо капитана 1 ранга князя Язона Константиновича Туманова , опубликованное на страницах журнала «Часовой», выходящего во Франции. У меня будет еще возможность рассказать об этом необыкновенном человеке, а пока хочется привести его письмо полностью:
«Парагвай-одна из немногих, если не единственная страна под луной, где нет и не было «русских беженцев». Здесь были и есть русские, как были и есть французы, немцы и англичане. Эта маленькая и бедная страна нас приняла с самого начала так, как она принимает представителей любой страны и никогда не отводила нам свои задворки, хотя за нашей спиной не стояли ни консулы, ни полномочные министры и посланники.
Небольшая русская белая колония, уже много лет живет здесь так, как, наверное, она жила бы у себя на родине. Русские доктора здесь лечат, а не играют на гитарах в ресторанах, русские инженеры строят дороги и мосты, а не вышивают крестиками, русские профессора читают лекции, а не натирают полы и даже русские генералы нашли применение своим знаниям, т.е. служили в военном ведомстве и титуловались, несмотря на скромный штатский пиджачок, почтительно, - “mi general”.
Здесь в Парагвае, никто из русских не слышит упрека в том, что он ест парагвайский хлеб, что он здесь засиделся, что пора, мол, и честь знать. Его не допекают никакими паспортами, никто не неволит принимать гражданство и делаться парагвайцем. Русские искренно и глубоко привязались к этой маленькой и бедной стране и ее народу, особенно тепло оценив его гостеприимство после скитаний по бывшим союзническим и несоюзническим странам.
И вот, над приютившей их страной стряслась беда: на нее напал сосед, трижды сильнее ее.
Страна поднялась на защиту своих прав и своего достояния. Что же должны делать старые русские борцы, ходившие на немца, турка и на 3-й интернационал и много лет евшие парагвайский хлеб? Сложить руки и сказать приютившему их народу: - «Вы, мол, деритесь, а наша хата с краю; наши жизни могут пригодиться нашей собственной родине?»… Конечно - нет.
Что говорить: русские могилы под тропиком Козерога, и донской казак, и псковский драгун, погибшие, хотя и со славой на боливийских окопах, конечно, это трагедия. Но право же, еще большая трагедия - бесславная смерть таких же славных русских офицеров, быть может, их же боевых товарищей, где-нибудь под ножом хунхуза в Манчжурии, под вагонеткой в Болгарии или под маховым колесом германской фабрики во Франкфурте на Майне!
А эти трагедии, в свою очередь, лишь маленькие капельки в безбрежном океане страшных и бессмысленных трагедий, разыгрывающихся, вот уже пятнадцать лет, с самого начала «светлой и бескровной» революции, над всем несчастным русским народом».


Старое кладбище почти в центре Асунсьона - Cementario Recoleta. Небольшой участок с железной оградой, калитка, закрытая на замок, около семидесяти надгробий - русское кладбище. «Есаул…Войска Донского…погиб при атаке на форт Бокерон», доктор медицины.., инженер-путеец, капитан фрегата…»
Кажется, здесь давно никто не бывает. Нашего букета желтых хризантем хватило на всех, чьи потомки может и не знают, где покоится прах их дедов. Одинокая могила с фотографией за оградой кладбища - не хватило места на участке. Здесь и надписи не надо, такие невыносимо русские лица…

Капитан 1 ранга князь Я.К.Туманов,участник войны  с Боливией. Внизу распятие - Надин Туманова, основательница школы лирического пения в Асунсьоне.


Перед поездкой я терзал Интернет в поисках адресов мест русского присутствия в Асунсьоне. И на обратном пути, после возвращения из экспедиции, решил пойти в русскую церковь Покрова Пресвятой Богородицы ( Iglesia Ortodoxa Rusa de la Virgen del Amparo), у меня был и телефон священника. Но телефон не отвечал, а церковь, как и русское кладбище, была закрыта на замок. Церковь построили и освятили к 1928 году. Голубые куполки звонницы, белые стены. Инженера Г.Л.Шмагайлова, по чьему рисунку была воздвигнута церковь, вдохновляли монастыри древнего Пскова. Но здание задавлено соседними домами, участок маленький. Похоже не на северную суровость и аскетизм псковских храмов, а на декорацию к «Марфе –Посаднице». Да и то сказать - деньги собирали русские всем миром и если бы не помощь других русских приходов в Южной Америке, не было бы храма в Асунсьоне.

 

"Московский храм-торт, псковский - сундук". Церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Асунсьоне 

Понимаю, что немного я смог увидеть и рассказать вам о белых русских в Парагвае, следов их остается все меньше. С эмигрантами последней постсоветской волны не встречался. Я думаю их манит больше не жизнь в Асунсьоне, а бескрайние и по прежнему дешевые земли Альто Парагвая либо плодородный Юг, где в частности живут несколько тысяч украинцев. Все же основной целью поездки была сельва по берегам реки Парагвай и Рио-Негро, посещение индейских деревень, с тайной надеждой встретить племя где-нибудь в глубине Пантаналя (земля болот), о котором еще никто не знает. Книги, прочитанные в детстве, остаются с нами на всю жизнь.


Paraguay3

Почти до начала 20 века области, лежащие почти в середине Южной Америки, к северу от тропика Козерога, были практически не исследованы. Драматическая экспедиция русского академика Г.И.Лангсдорфа в 80-х годах 19 века, память о которой затерялась в музейных архивах Санкт Петербурга, да отчаянное предприятие пятерых русских студентов. В канун Первой Мировой войны они отправились в путешествие в сельву Парагвая, Бразилии и Аргентины и вернулись только через 2 года с лишком. Об этой экспедиции рассказано в документальной повести Виталия Танасийчука, сына одного из участников экспедиции, - «Пятеро на Рио Парагвай».
Планируя нашу поездку, я прочел и эту повесть и все, что можно было отыскать в Интернете.

Путешествие обещало быть не простым, но тем более заманчивым. Позади у меня был опыт странствий по Гималаям и Тибету, особенно тяжелому треккингу в Северном Бутане в составе международной группы в 2011г. Так что физические испытания меня не особенно волновали, а состав нашей группы был вполне молодежный - от 15 до 70 лет! Правда, за два месяца подготовки, из группы по тем или другим причинам отсеялись несколько человек, и некоторым мистическим образом нас осталось пятеро. Превосходно, опять пятеро на Рио Парагвай!
Мы планировали начать спуск по реке от самых истоков, т.е. от бразильского городка Caceres, где глубины позволяют проходить крупным лодкам. В то же время здесь река не широкая, ее извилистое русло проходит по Пантаналю - болотистой пойме между склонами Анд и бразильским нагорьем. Этот район, заливаемый в период дождей и подсыхающий южно-американской зимой, нетронутое царство флоры и фауны. Помимо сотен видов птиц и животных, в реке можно увидеть почти всех обитателей наших аквариумов в их естественной среде.
Поисками лодки занимались с двух сторон: Олег, бывший киевлянин из Чили, и Натан из США. Мое представление о транспортном средстве очевидно не совпадало с реальностью. Мне виделась простая лодка с мотором (иначе как вернуться вверх по течению?) с навесом на случай дождя, лавками для сна и безбрежными возможностями раствориться в мире звуков и запахов сельвы, т.е. стать нечуждым элементом этого манящего мира. Но реальность оказалась менее экзотичной и гораздо более затратной. Бразильцы предлагали роскошные катера для 3-х дневных круизов в Пантанале, парагвайцы не хотели плыть дальше Bahia Negra, вполне условной границе с Бразилией. Мы поняли, что найти лодку и договориться о маршруте и цене по Интернету/телефону нам не удастся. Поэтому Олег вылетел из своего Сантьяго в Асунсьон и затем добрался до Консепсьона, где вроде бы имелся катер подходящих размеров и неподходящей цены. Много лет проживший в Чили и объездивший весь материк, Олег отлично говорил по-испански и обладал редкой способностью заинтересованно слушать, а не демонстрировать внимание к собеседнику, т.е. качеством везде полезным, а в Латинской Америке просто необходимым.
И через несколько дней мы стали арендаторами катера с милым названием «Siete cabrillos» (Семь рыбешек), с согласованным маршрутом, который, правда, не включал верховья реки в Бразилии, но зато в качестве компенсации нам было обещано пару дней на Рио-Негро.

Найти реку Негро на карте Южной Америке совсем просто - почти каждая вторая называется именно так. Наша - впадала справа в реку Парагвай вблизи границы с Боливией. Как потом мы убедились, зеркало воды в ней было почти полностью покрыто зарослями водяных гиацинтов (Camalotes), а цвет воды был таким же кофейным, как и у других рек бассейна Парагвай-Парана. Винить испанцев за отсутствие фантазии не приходится - они были в большинстве нелюбопытными прищельцами. А вот индейцы называли свою главную реку восторженно: на гуарани Парана - «мать моря», на тупи – «большая, как море».

Paraguay2

Добрались мы до Консепсьона, где стояла наша лодка, на рейсовом автобусе за семь часов, вместо обозначенных в расписании пяти, за совсем смешные деньги - такси стояло в 10 раз дороже! Быстро темнело и окрестные виды разглядеть не удалось. У нас были заказаны комнаты в «самом лучшем»
отеле города «Hotel Frances». Его основала на пороге нового века (в 1903 году) какая-то сумашедшая француженка. Вероятно, она верила в грандиозные возможности этого сонного городка. Во-первых, это последний порт на реке, до которого можно добраться по суше, во-вторых, в начале 20-го века предполагали, что район Чако таит в своих землях неисчислимые сокровища, в третьих, в сельве активно пилили кебрачо, из древесины которого изготовляли танин для обработки кож. Но все это в прошлом и ампирный фасад гостиницы скрывает совершенно убогие интерьеры.

Расположенные по периметру прямоугольного холла клетушки-номера, напомнили мне лупинарий в Помпее. Путеводители обещали, что это самое приятное место в городе, к тому же имеет бассейн. Но холодина, которая преследовала нас даже после пересечения тропика Козерога, совершенно не располагала к вечернему купанию. В спартанской обители моего номера не было изысков, если к таковым относить вешалки для одежды и настольную лампу у кровати. Но зато я обнаружил на тумбочке роскошный бювар из тисненной кожи с золотым логотипом Pere Anselme – вина долины Роны, 1927 год. О, значит пивали в этом отеле хорошее вино из Франции в далекие те времена! Признаюсь, желание украсть этот бювар было настолько сильным, так жалко было его оставить в совершенно чужеродной для него атмосфере, что я стал отдирать приклеенное сверху на грязной бумаге меню из четырех-пяти блюд местного ресторана. Остановила меня только мысль, что может быть и еще кому-то эта изящная папка скрасит пребывание в «Hotel Frances».
Ближе к 10 вечера мы были приглашены на ужин и встречу с хозяином лодки и экипажем в маленькую забегаловку, принадлежащую нашему будущему повару - Рамону. В программу встречи входило знакомство, много пива и очень много жареного мяса. Разговор шел на всех возможных языках, включая гуарани и украинский. Мне кажется, местные ребята не могли до конца поверить, что кто-то может интересоваться их захолустьем, да еще платить за это большие деньги. По всему выходило, что мы первые иностранцы (первые украинцы - наверняка), которые решили отправиться на их лодке в верховья реки Парагвай.

 


 pantanal6 pantanal5

 

 

 

 

 

  

                                                                       ***

Жарким, солнечным утром 15 августа 1537 спокойная жизнь индейцев гуарани закончилась.
В странных одеждах, измученные многодневным плаванием, на берег великой реки Парагвай сошли белокожие люди. Всего два корабля из испанской эскадры сумели подняться вверх по течению в глубь территории, населенной гуарани, остальная эскадра (11 кораблей и 2500 солдат) оставались в устье Ла-Платы, ожидая сведений от разведывательной партии.


Как известно, историю пишут победители, поэтому в школьных учебниках парагвайских детишек она так и начинается - с прибытия испанцев и основания города Асунсьон, названного в честь католического праздника «Успения Божьей Матери». В других книжках можно прочесть, что в племенах гуарани возникло в силу межклановых войн гендерная проблема - избыточное количество женщин. Поэтому гуарани, которые придерживались строгой моногамии, якобы охотно отдавали испанцам своих дочерей, сестер и вдов. Очень скоро каждый солдат имел большой гарем в 30-40 жен, а, например, у губернатора Доминго де Ирала (1539-1556 гг.) было свыше 70 женщин. Поэтому, вероятно, фамилия Ирала до сих пор чрезвычайно распространена в Парагвае.

Не думаю, что история покорения Гуайра (так прежде назывался Парагвай) была такой уж пасторальной. Гуарани ко времени первых контактов с испанцами создали мощную империю, покорив и ассимилировав другие индийские племена, а часть наиболее воинственных оттеснили в бесплодные земли Чако и в болота Пантаналя. Созданное государство или скорее племенной союз напоминал империи инков, ацтеков и майя. И подобно тому, как это было с инками, гуарани, раздираемые междоусобицами, не смогли дать отпор завоевателям.


Испанцы шаг за шагом покоряли и осваивали новые территории в поисках золота и алмазов. Но ни того, ни другого конкистадоры здесь не нашли, и в скорости Испанская Корона потеряла интерес к этому далекому от побережья краю. В начале 17 века испанский король Филипп 11 даровал Ордену Иезуитов право обращения индейцев Гуайры в христианство. И здесь, к счастью для гуарани, их история совершает необычный для Южной Америки поворот.

Орден Иезуитов - один из немногих институтов Западной Цивилизации, чья деятельность была благотворна на покоренных землях. За короткое время иезуиты создали сотни сельскохозяйственных общин, в которых жили и работали обращенные индейцы. Оседлый образ жизни (прежде гуарани были кочевниками) способствовал культурному взаимовлиянию. Иезуиты не только создали письменность гуарани на основе латинского алфавита, но и преподавали его наравне с испанским в открытых ими школах, переводили священные тексты и проводили мессы на гуарани. Иезуиты боролись против попыток испанских колонистов превратить индейцев в рабов. Такая идиллия продолжалась достаточно долго, около 150 лет, чтоб заложить основы уникальной парагвайской общности.


В 1767 колонистам удалось убедить короля Карла 111 отдать им земли Гуайры, и процветающее государственное образование иезуитов было ликвидировано. Новейшая история - не предмет этих заметок, тем более, что гуарани современного Парагвая проживают на плодородных землях Юга и Востока страны, а мы отправляемся на Север.


Название «индейцы» не употребляется в Парагае, и считается даже оскорбительным. Жители городов и крупных поселений все парагвайцы, а местных жителей глубинки называют «indigenаs» - туземцы, аборигены.

Карта провинции Alto Paraguay, которая включает Чако и Пантаналь.

                                                                                   ***

На карте (см. выше) в районе нашего плавания находится около 20 поселений-communidades различных индейских племен. Наиболее многочисленные Chamacoco (Ishir), Ayoreo и Toba Maskoy. Испанский здесь практически бесполезен. Кроме гуарани туземцы общаются на 4 основных диалектах: Zamuko, Mataco, Maskoy и Guaycuru. Мои попытки использовать десяток выученных слов на гуарани провалились-то ли мое произношение им не нравилось, то ли говорил я их не к месту. Но одна фраза туземным дама, как впрочем, обитательницам других частей света, нравилась очень: «Кунья тей пора»- красивая девушка!


За время плавания мы посетили восемь поселений. Достаточно, чтобы составить общее представление и совсем мало, чтоб разобраться и рассказать о жизни коренного населения этой части Парагвая. Например: увидел в альбоме замечательного американского фотографа Эмили Хортон (Emily V. Horton) ритуальную процессию в масках, перьях, с татуировкой на всех частях тела. Бегал по всем деревням с надеждой заснять что-нибудь похожее. На меня поглядывали с удивлением. Наконец в поселении Puerto 14 de Mayo старейшина обещал показать «настоящих» индейцев. Уже понесли охапки перьев, ритуальные барабаны, копья и луки, когда я из вежливости спросил, сколько это будет стоить - ведь неловко отрывать людей от серьезных занятий без некоторой благодарности. Сумма, названная касиком, была бы в пору актерам Голливуда. Пришлось отказаться от этой туземной самодеятельности. Но зато я понял, что «настоящими» индейцы бывают только в фильмах и на фотографиях гринго. В обычной жизни они носят вполне европейскую одежду и ведут себя соответственно.


В деревушке Puerto Diana директор местной школы организовал для нас исполнение ритуального танца индейцев племени Ayoreo. Танцевали две девчушки лет по 15, дочери местного касика. Очаровательные мордашки не портила нанесенная макияжным карандашом племенная «татуировка», а юбки и боа из перьев страуса очень напоминали костюмы парижского ревю “Crazy Horse.” Под печальную мелодию из музыкального комбайна танцовщицы изображали что-то очень знакомое. Напоминало художественную самодеятельность в нашей деревенской школе. По окончании шоу сестры сели на японский скутер и с ветерком помчались домой. Директор пожаловался на двухмесячную невыплату зарплаты учителям - знакомое дело! Мы постарались посильно помочь, понимая, что концерт был организован специально для нас.


Центральные власти в Асунсьоне помогают индейским деревням: каждому ребенку выделяется натуральная продуктовая помощь (банка сухого молока, хлопья, мука и растительное масло). В условиях повальной нищеты без этого пайка прокормить детишек было бы невозможно. Доставка провизии из-за полного отсутствия дорог в Чако производится по реке на небольших моторных судах. Их торжественно разгружают всей деревней, а юные обладатели продуктовых наборов с гордостью, с видом кормильцев несут коробки домой.


Как правило, индейские деревни размещаются по берегу реки. Земля здесь настолько неплодородна, что вырастить что-либо кроме неприхотливой маниоки невозможно. Но кажется никто и не старается: возле хижин (домами их назвать трудно) нет огородов, не бегает домашняя живность. В реке полно рыбы, одних сомов чуть не сотня видов, но за все время плавания только в районе Paso Arresife мы видели лодки местных рыбаков. Помогает выжить сбор лесных плодов и охота на пеккари и других обитателей сельвы. Обреченность и ее спутник – алкоголь - пожалуй главные черты индейских общин в Чако. Лучше обстоят дела, если поблизости располагается “estancia”- ранчо или скотоводческая ферма. Там индеец - пеон получает в день эквивалент 4-5 долларов США в местной валюте гуарани. На эти деньги при относительной дешевизне прокормить семью трудно, но можно.

Estancia – это огромная территория в 40-50 тысяч гектаров, разгороженная сетчатыми изгородями с отдельными корралями для коров и быков. На таком ранчо может быть до 10-15 тысяч скота. При скудной растительности огромные размеры пастбищ позволяют каждой животине найти достаточно прокорма. Владельцы ранчо преимущественно потомки белых поселенцев, зачастую они живут не здесь, а в Асунсьоне или даже в Европе. Управляют всеми делами на фермах наемные специалисты, опять же не индейцы, часто немцы-переселенцы. Во время посещения такой estancia я спросил у сопровождающего, как им удается доить тысячные стада коров и что они делают с молоком? Мой вопрос совершенно обескуражил парня - коров здесь никто не доит. Это чисто мясная порода и содержание их вымени едва хватает для телят.

На этом заканчивается мой рассказ о путешествии по реке Парагвай. Каюсь, я ничего не сказал о сельве. Сверкающие созвездия Южного полушария, их отражения в реке. Утробный рев черного каймана на рассветной охоте. Ярко-красные попугаи ара и дружные пары аистов ябиру… Этот долг я когда-нибудь отдам. Но зачем вам ждать? Несколько часов полета и вы в стране своего детства. Желаю счастливого путешествия!

 

В Парагвай, 1937г.

Предлагаем Вам ознакомится с документальной повестью

"По следам конквистадоров"

повествующей о белой конкисте в Парагвае времен Чакской войны написанной участником событий, князем Каратеевым-Карачевским Михаилом Дмитриевичем.


ГлавнаяПарагвай сегодняНу, что тебе сказать про Парагвай?

Флаг Парагвая

Map of Paraguay

Асунсьон1

Карта Парагвая

Мини карта Парагвая

Пальмы1

Погода в Парагвае

Фото Парагвая

СоборЭнкарнасьонРазвалины монастыря иезуитовЧакра

Эмиграция в Латинскую Америку

Эмиграция в Латинскую Америку

Форум русскоговорящих в Бразилии

Форум русскоговорящих в Бразилии

ГлавнаяПарагвай сегодняНу, что тебе сказать про Парагвай?
Яндекс.Метрика